potrebnost_priznanie

В данной статье хочу затронуть предыдущую тему, это важно потому, что в текущем контексте речь пойдет об оборотной стороне признания. Предлагаю взглянуть на феномен признания с точки зрения естественной потребности.

 

Напомню, что многие дети к сожалению не получают признание от своих родителей, но иногда могут получать его от бабушек и дедушек. Это происходит потому, что бабушки и дедушки чаще смотрят на своих внуков с интересом, любовью и принятием. В отличие от родителей бабушки и дедушки, не все конечно, уже гораздо мудрее и заметно остыли со своими требованиями и желаниями. Когда любимая бабушка или дедушка достигают старости, внуки очень болезненно это переживают. Когда любимая бабушка перестает вас узнавать и вы видите что она не понимает с кем разговаривает – это очень болезненное ощущение.

 

 

Надежда на признание как смысл жизни

 

  

Но особенно травматично, когда вас перестает узнавать родитель, получению признания от которого вы посвятили всю свою жизнь. Некоторые люди проживают всю свою жизнь отчаянно добиваясь того, что кто-то значимый заметит их успехи, достижения и потребность в любви. А такому значимому, как правило родителю, в общем-то это и не интересно. И когда вся жизнь была адресована отсутствующему взгляду родителя, который не смотрел на ребенка, но при этом он все время добивался этого взгляда, ощущать такое очень непросто.

Например, как в сериале «Новый папа», где Джон Малкович играет нового папу и где на него все время смотрел отвергающий, обвиняющий и презрительный взгляд родителей. Если человек всю жизнь посвятил тому, чтобы пробудить принимающий взгляд, которого так и не удалось получить, и в какой-то момент родитель вдруг перестает тебя узнавать – это может быть страшным ударом.

Это значит что уже невозможно скрыто лелеять надежду о том, что тебя когда-то признают или хотя бы узнают кто ты на самом деле. И это крайне болезненная ситуация. Страшно представить, что вся жизнь человека была построена вокруг такого взгляда, где надежда на признание была основным стержнем, вокруг которого все и развивалось.  

 

 

Признание и родительский взгляд

 

 

Почему эта ситуация так важна для каждого из нас? А все потому, что первое в чем мы находим себя и обретаем первое признание – это взгляд наших родителей, который смотрит на нас с любовью и умилением.

Если мать была депрессивной, то сквозь ребенка смотрит неживой, потухший взгляд. В таком взгляде невозможно найти свое отражение и следовательно себя. Наше эго, наша нарциссическая структура, как раз и формируется вокруг взгляда другого, начиная с материнского, который образует ядро нашего самоощущения. Наше внутреннее самоощущение формируют первые взгляды на нас и эго формируется как то, что предлагается во взгляде другого.

Очень многие люди постоянно находятся в позиции больного потому, что только в таком состоянии они могли получать заботу со стороны родителей. Их замечали и признавали только в те моменты, когда они болели.

 

Эго-маска как объект идентификации

 

  

Наше эго это набор масок с которыми мы идентифицируемся и эти маски несут на себе наборы взглядов, которые были направлены на нас. Здесь вспоминается фильм «Джокер». Мать главного героя постоянно ожидала от него улыбки, которая в итоге и стала его маской. И очень интересно, что эта маска прирастает к его лицу в тот момент, когда он ее убивает. Он не то что освободился от своей безумной матери, а наоборот намертво слился с ее желанием. То есть по сути, он стал именно тем, кого она и хотела в нем видеть, он идентифицировался с ее безумным желанием. Наша эго–маска как раз и формируется за счет идентификации с желанием другого, от которого мы потом ожидаем это самое признание.

 

    

Демонстративный успех как защита от непризнания

 

Многие нарциссически уязвленные люди везде демонстрируют признаки успеха и значимости, это они делают для того, чтобы не столкнуться с травмой непризнания. Для того, чтобы быть защищенным необходимо постоянно подчеркивать, что я чего-то в этом мире стою. Выглядит это как непрерывное радио Я, которое все время говорит о своих успехах. Это можно интерпретировать как постоянное доказывание себе и другим, что я достоен признания. То есть человек постоянно демонстрирует, что он чего-то стоит. Чем больше человек чувствует себя непризнанным и уязвленным, тем больше он это будет демонстрировать. Чем больше человек хочет признания себе, тем меньше он способен признавать других.

Например, если родители постоянно стремятся к одобрению и признанию со стороны чужих людей, то как правило своих детей они не замечают. Не на своих детей устремлен их взгляд. На таких детей обращают внимание только тогда, когда в квартире появляется гость, перед которым и начинают разыгрывать домашний театр.          

Или например, обсессивный руководитель может всю жизнь ждать признания от начальства и он как правило сам не может давать поддержку своим сотрудникам. Для него это как будто похищение признания у самого себя. Такой человек постоянно будет выискивать недостатки в работе других.

 

  

Крик младенца как способ признания

 

  

Если первый аспект признания связан со взглядом, который смотрит на нас, то второй аспект признания связан с речью. Очень часто скандалы в семьях пронизаны требованиями признания. Порой звучит это даже буквально – ты должен признать! Ни что так не раздражает женщину, как отказ мужчины вступить с ней в спор. И все эти споры обычно пронизаны словами в духе – ты меня не слышишь. Самые ранние истоки такого проявления это заявление о своем существовании и это младенческий крик. Это первое заявление субъекта о том, что он есть. Ребенок в каком-то смысле приходит в этот мир как объект и пройдет еще не мало времени пока он станет полноценным субъектом. Ребенок постоянно подвергается родительской интерпретации и первое что подвергается интерпретации – это его крик. То есть следует понять, что стоит за этим криком, что он хочет и чего ждет.

Как правило матери достаточно быстро научаются различать значение этого крика и наделяют его определенным смыслом. Никто не понимает своего младенца лучше чем мать и это вызывает восхищение.

Мать не просто удовлетворяет потребности ребенка это одновременно служит успокоением от тревоги, которая его переполняет. Успокоение приходит с ответом матер и ребенок понимает, что мир не такой чудовищный как ему до этого казалось. Мир в лице матери отвечает ему и удовлетворяет все потребности. Рождается ощущение, что в общем и целом миру можно доверять, если ребенку мать отвечает на потребности. Если ребенка игнорируют, ощущения возникают противоположные.

Когда мать отвечает ребенку это означает, что твои потребности признаются и физически и эмоционально. В этот момент ребенок получает признание своих потребностей и признание его как существа в целом.

Но бывает так, что мать способна удовлетворить только физические потребности ребенка и при этом совершенно отчуждена от его чувств и переживаний. Как правило это депрессивные матери, у которых реакция отчужденная – я не понимаю что он от меня хочет или я не понимаю что происходит с этим ребенком. Это выглядит как эмоциональное отчуждение. Очень часто ребенок начинает плакать, как только такая мать берет его на руки и не плачет на руках у бабушки или отца. Часто это связано с тем, что мать скрыто отвергает этого ребенка и заботится о нем формально, не признавая его эмоциональных потребностей и связь с ним.

Признание через интерпретацию крика другого

 

В некоторых семейных скандалах между женой и мужем хорошо различим этот крик – ты меня не слышишь, но адресован он на самом деле своей матери. Для многих женщин муж является не наследником отцовской фигуры, а скорее наследником «Плохой матери». И такому мужу переадресовываются претензии, адресованные своей матери. Это очень частое явление в современных семьях. Все семейные скандалы к этому конечно не сводятся, но женская фраза ты меня не понимаешь ­– имеет гораздо более фундаментальный смысл в отношениях с мужчиной.           

 

У матерей еще существует третий тип реагирования на тревогу и крик младенца. Это реагирование паническим ужасом и тревогой. Здесь ребенок вынужден защищаться и от своей тревоги и от неадекватной материнской. В норме материнское присутствие должно успокаивать младенца, а в этом случае тревога только усиливается. И в такой момент у ребенка остается только один инструмент чтобы справиться с этой непереносимой тревогой – отрицание всех эмоций и чувств, он как бы отключается изолируясь. 

Таким образом ребенок не просто не получает признания, но и реакция матери на его крик является обескураживающей. И так, второй аспект признания, который получает ребенок это интерпретация его крика родителем. То есть тем первым другим, которому этот крик адресован. Ребенок кричит и в ответ он получает какую-то реакцию и эта реакция является для него интерпретацией того, что с ним происходит. И следы таких интерпретаций в дальнейшем влияют на все наши отношения.  

 


Читайте также:

Кто такой психоаналитик >>>

Психоаналитический психотерапевт >>>

Современный психоанализ >>>

Психоаналитический бизнес–коучинг>>> 

Психоаналитик в Москве >>>


Если Вам при прочтении текста что-то откликнулось и Вам кажется, что ситуация или симптомы, описанные в статье, похожи на Ваш случай, и Вы хотели бы решить эту проблему, вы можете предварительно позвонить мне по телефону + 7 (926) 169-36-63 для того чтобы рассказать о своей ситуации, которую Вы хотите решить. 

Длительность телефонной консультации составляет 20 минут (бесплатно), в процессе этого времени я должен решить, смогу ли я Вам помочь в рамках психоаналитического подхода. Если Вам проще написать письмо – Вы можете это сделать перейдя по ссылке Отправить письмо или написав мне на почту mail@online-psychoanalyst.ru. Прошу Вас описать свою ситуацию как можно подробнее – размер письма неограничен, я обязательно прочитаю Ваше письмо и отвечу.

Я всегда рядом.